Вузовская линия жизни

С вузом меня связывает многое, причем с ранних лет. Я даже для се­бя выделила несколько периодов, когда жизнь сталкивала меня с нашим институтом культуры. И первый период начинается с 1967 г., а, может, да­же чуть раньше, когда вуза еще не было.

Я росла в библиотечной семье. Моя мама, Вера Дмитриевна Барте­нева, училась еще в годы войны в Московском библиотечном институте, ее тетя (сестра моей бабушки) работала в библиотеке. Моя старшая сестра Наталья закончила Ленинградский институт культуры, и всю жизнь они с мамой работали в библиотеках. Причем в то время - вторая половина 1960-х гг. - они обе работали в библиотеке Челябинского политехническо­го института.

При организации института культуры начали искать по городу спе­циалистов по профилю нового вуза. И, конечно, обратились в крупнейшую вузовскую библиотеку Челябинска. В то время библиотека ЧПИ была практически самой большой, хорошо организованной, высоко технологич­ной библиотекой области. Вся эта ситуация обсуждалась у нас дома.

Мои родители часто разговаривали о работе, советовались между со­бой, разбирали какие-то ситуации - так было принято. Отец, Валентин Ва­сильевич Бартенев, тоже имел отношение к высшему образованию в Челя­бинской области - он работал заместителем заведующего отделом науки и учебных заведений обкома партии, и вопросы организации и открытия но­вого вуза были в сфере его деятельности. Я тогда училась в 7 - 8 классе и не очень вникала в эти проблемы. Мне запомнилось, что мама и сестра рассказывали, как в библиотеке обсуждали приглашение на работу в но­вый вуз и как некоторые приняли это предложение. Это были знакомые мне люди - ведь я «библиотечная дочка», часто бывала у мамы на работе, можно сказать, росла между стеллажами.

Согласилась перейти в новый вуз Майя Александровна Игнатьева (позже Антонова), которая работала на общем абонементе. Интересно еще и то, что моя мама, Вера Дмитриевна, и Майя Александровна в одно время на одном потоке учились в Московском библиотечном институте, а встретились совершенно случайно, так далеко от Москвы, на Урале, в библиотеке ЧПИ. Мама вспоминала, что Майя была ярким человеком, певуньей, хохотушкой, активной студенткой. В нашем институте она преподавала курс «Библиотечный фонд», позже была деканом библио­течного факультета.

Из отдела комплектования и обработки литературы библиотеки ЧПИ в институт перешла работать Мария Ивановна Аристархова - в нашем вузе мы знаем ее как Марину Ивановну Бахиреву, она читала курс «Библиотеч­ные каталоги». Насколько я знаю, из этой библиотеки перешли работать в новый вуз несколько, четыре или пять человек, фамилии сейчас и не вспомню. Вот так, исподволь, я знала, что открывается новый институт культуры, и понимала, что мне предстоит учиться именно здесь.

В дальнейшем, уже через много лет, случайно снова пришлось столкнуться с фактами из периода организации института. Оказалось, что одна родственница, Зоя Михайловна Жилкина, была первым бухгалтером в этот организационный период. Узнала я это, когда ее уже не было в жи­вых, но мне удалось найти в архиве института ее личное дело, копии доку­ментов были переданы ее сыну. Город вроде и большой, но мир тесен, и связи как-то всплывали, и история складывалась.

После окончания школы, в силу семейных обстоятельств, до поступ­ления в вуз я работала в библиотеке, в читальном зале института культуры. Это начался второй период моего знакомства с вузом. Познакомилась с библиотекой, с сотрудниками. Директором в то время была Тюленева, я тоже ее знала по библиотеке моего детства, библиотеке ЧПИ. В библиоте­ке ЧГИК уже работала Вера Станиславовна Кожевникова. В то время я и представить не могла, что когда-то стану директором этой библиотеки.

Особенно хорошо запомнились читатели - яркие, харизматичные: Бо-ровинский, Шаронина, Тыхмановский, Беломоин, Самойлов, Соковиков -с факультета культурно-просветительной работы. Хорошо помню славу легендарного ансамбля «Ариэль», как эти кумиры молодежи выступали в актовом зале института: двери нараспашку - и пробиться даже к дверям было невозможно. И еще: был один читатель, который читал журналы -ведь тогда, в 1972 г., интернета не было. Примерно раз в месяц приходил и спрашивал последние номера всех журналов, которые были в главном чи­тальном зале, кроме «Техники молодежи», «Знание - сила», «Наука и жизнь». Он был с музыкального факультета.

Затем я поступила в институт на дневное отделение. Впечатлений от того времени осталось много и самых разнообразных. Например, чего стоили репетиции студентов-музыкантов. Учащихся, кажется, было намно­го больше, чем сейчас, аудиторий для индивидуальных занятий не хватало. Так, входишь в туалет во втором корпусе - они там не маленькие, здание старое, в конце 1930-х гг. построено - и около раковины, в углу, лицом к стене сидит баянистка с инструментом и репетирует.

Некоторые преподаватели запомнились очень ярко, другие - знаме­нитые, даже легендарные, не запомнились совсем. Снова встретились мы с Майей Александровной Антоновой, в то время деканом библиотечного факультета. Студенты просто трепетали перед Верой Акимовной Ермако­вой: мощная личность, красивая, крупная, можно сказать, царственная. Ее лекции производили впечатление: хорошо поставленный голос, глубокое знание практики, и не была привязана к листочкам лекции.

Запомнились и другие преподаватели, например, Елена Ильинична Коган. Интеллигентный человек, прекрасный лектор с хорошим чувством юмора, и курс «История библиотечного дела» в ее исполнении производил большое впечатление на студентов. Запомнились ее рассказы, байки о се­бе, о ее студентах. Например, была такая: однажды на лекции, рассказывая о каких-то революционерах, она в контексте своего сообщения произнесла слово «револьвер» с неправильным ударением на букву «о», на что студент с галерки тут же отреагировал: «Елена Ильинична, если Вы не уверены в правильности ударения в этом слове, говорите пистолет». Это было заме­чательное общение, когда такой уважаемый, много знающий человек мог пошутить над собой на поточной лекции это разряжало обстановку, распо­лагало к преподавателю.

Еще одно яркое воспоминание было связано с курсом «Древнерус­ская литература» Александра Ивановича Лазарева. Мы знали, что перед нами ученый, замечательный лектор, самобытный человек, с красивым тембром голоса, удивительно читал наизусть старинные стихи. На очеред­ной лекции вдруг попросили студентов не занимать первый ряд (а я как раз предпочитала сидеть на первом ряду, и вдруг этот первый ряд начали за­нимать преподаватели. И это были не коллеги Александра Ивановича, ли­тераторы, а именно разные специалисты с других кафедр. Когда студенты несколько заволновались, Е. И. Коган сказала, что сегодня же «Слово о полку Игореве». Стало понятно, что это было не открытое занятие, что наши преподаватели - их было более десяти человек - пришли послушать интересную тему именно этого лектора. Мы слушали лекцию с каким-то трепетом, даже почтением, понимая, что это не просто рядовое занятие, а культурное событие. Студенты прониклись этой атмосферой и гордились, что наши преподаватели - выдающиеся лекторы. Среди студентов ходили рассказы о том, что с Александром Ивановичем было очень интересно в колонне на праздничных демонстрациях: он балагурил, шутил, пел час­тушки. Такие люди очень украшают жизнь, создают уникальную атмосфе­ру вуза, помогают формироваться молодым людям.

Неизгладимое впечатление произвела Галина Михайловна Каченя. Очень молодой преподаватель, она читала курс «Общей психологии». Ее лекции были интересные, живые, очень актуальные для молодых людей, вступающих в жизнь.

Однажды на большой перемене после поточной лекции нас попроси­ли задержаться и посмотреть выступление вокалистов. Нашему удивление не было предела, когда оказалось, что перед нами выступали преподавате­ли не музыканты. Это были литератор Людмила Степановна Перчик и историк Николай Павлович Парфентьев. Исполнялись романсы, народная музыка и классические произведения, звучали сильные, красивые, хорошо поставленные голоса, да еще певцы выступали в концертных костюмах. Бывают же такие талантливые люди! Значит, можно быть кем угодно -преподавателем, историком, литератором - и в то же время артистом.

Запомнились грандиозные праздники, например, 8 марта. Масса на­рода стекалась на концерт в первый корпус в актовый зал. На последнем пролете лестницы с обеих сторон выстроились юноши, и каждая девушка получала веточку мимозы, а в другой год - конфету.

Потом я работала около двадцати лет в различных библиотеках - ву­зовских, технических, массовых, на различных должностях. Был период, когда я не работала, занималась ребенком и домом, и вот однажды в овощ­ном магазине встретила Майю Александровну Антонову. Мы не были близ­кими друзьями, но при встречах общались, делились новостями. Майя Алек­сандровна расспросила меня о жизни, а потом заявила: «Что ты дома сидишь со своим опытом, знанием библиотечного дела? Иди к нам на кафедру, на курс «Библиотечный фонд», вести практические занятия». Это меня очень удивило: я никогда не стремилась быть преподавателем, меня устраивала ра­бота библиотекаря. Потом, подумав, я решила попробовать, опыт у меня был, я работала и на обслуживании читателей, и несколько лет - комплек­татором в крупной библиотеке. Я знала вуз, знала ведущего преподавателя по курсу Надежду Петровну Хоманову, знала предмет, и меня устраивала скромная должность простого преподавателя: «практические» - и хорошо, нам звезд с неба не надо. Так случайно, можно сказать, начался третий пе­риод моей жизни, связанный опять с институтом.

Кафедра тогда называлась «Библиотековедение», заведующей была Зоя Витальевна Руссак, работали на кафедре В. А. Ермакова, С. С. Арта­монова, С. Е. Демидова, М. И. Щербатова, М. И. Бахирева, Г. Ф. Федосен-ко, Г. И. Боруля, В. И. Шумакова, Л. В. Солоненко (позже Сокольская) и другие. Приняли меня доброжелательно, я вела занятия, углубленно осваи­вала курс, позже принялась разрабатывать курсы по выбору. Замечатель­ные были студенты, их тогда было много - только библиотекарей было три группы по 25-30 человек. Были среди них и колоритные фигуры. Расскажу об одной группе. Не совсем обычная группа, даже размещение в аудитории у них было удивительное. За первой партой, прямо перед преподавателем помещался мальчик, такой симпатичный, крупный. На факультете мальчи­ков было немного, так вот этот мальчик очень внимательно выслушивал объяснения преподавателя. Получалось, что я объясняла именно ему, что нужно делать на практическом занятии. Он меня внимательно слушал, за­давал много вопросов, разбирался в материале, а вся остальная группа, че­ловек пятнадцать девушек (мы тогда работали с подгруппами), рылась в своих сумочках, общалась между собой, смотрела в окно, контролируя по­году, красилась, обсуждала общественную работу, пререкалась, кому брать какие-то поручения. Этот молодой человек выслушивал все задание, потом поворачивался спиной к преподавателю и начинал всей группе объяснять, что нужно делать. Начиналась работа, и девушки то и дело громко шепта­ли: «Андрюша, Андрюша, а как это делать?». Я наблюдала за ними, на­блюдала, а потом говорила: «Может, и у меня что-нибудь спросите?». Они хихикали, но через некоторое время раздавалось снова: «Андрюша, Анд-рюша!». Наверное, многие поняли, что это был Андрей Владимирович Штолер. Он сразу обращал на себя внимание: на библиотечном факультете таких было немного, он как-то собирал вокруг себя группу, держал ее в руках, «рулил» всеми этими девчонками. Он выделялся своими знаниями, чувствовалось, что у него есть голова на плечах, и выполнял функцию главного организатора. Я даже не знаю, был ли он старостой, скорей всего, нет, но это не главное - он был головой. И если даже он не мог ответить на какой-то из вопросов всей группы, тогда обращался ко мне. Это было очень интересно.

Позже у меня возник первый интерес к фондам редких книг. Начала накапливать теорию, но особенно интересно было изучать фонды библио­тек области. Особенно привлекало общение с заочниками-практиками. Это, как правило, взрослые люди, работавшие в библиотеках. Они не силь­ны в теории, но зато прекрасно понимают, о чем ты им рассказываешь. Повседневная библиотечная работа представала перед ними в новом свете, рутинная деятельность обрастала историей, раскрывалась новым содержа­нием, вписывалась в общую работу, наполнялась смыслом. Заочники хо­рошо знали фонды своих библиотек, и им было интересно открывать в не­драх хранилищ редкие издания. Постепенно собирался материал о книж­ных редких изданиях библиотек области.

Через некоторое время заведующая кафедрой предложила мне воз­главить Научную библиотеку института. Вера Федоровна Асеева, долгое время руководившая библиотекой, была очень немолодым человеком и решила оставить свой пост. Преемника у нее не было, она обратились на кафедру - и возникла моя кандидатура, с легкой руки Леси Васильевны Солоненко. И опять это было неожиданно: я и не мечтала, не планировала делать карьеру, меня все устраивало, мне было интересно работать, а тут вдруг такая возможность сделать библиотеку, как я ее понимаю. Постепенно вошла в работу, разобралась, оценила, что было сделано до меня. Благодарна за ощутимую поддержку опытных сотрудников: Веры Федоровны, Ларисы Сергеевны Чубыкиной, Веры Станиславовны Кожевниковой. Не сразу, но сложилась новая, молодая, замечательная команда, которая понимала, под­держивала мои начинания, а главное - претворяла их в жизнь. Татьяна Нико­лаевна Моковая, Юлия Николаевна Щевелева, Екатерина Сергеевна Казан­цева, Юлия Борисовна Разина и многие другие. Четырнадцать лет пролете­ли - было и трудно, и интересно, и сделано не мало.

Моя вузовская линия жизни оказалась счастливой и длится уже 50 лет. Получается, что работала я при всех трех ректорах - при Поликарпе Васильевиче Сапронове, при Александре Петровиче Грае и при Владимире Яковлевиче Рушанине.

Может, и правда ведет меня по жизни Святая Татьяна ...

Источник: Музейный вестник / Челяб. гос. ин-т культуры; сост. Н. В. Овчин­никова. - Челябинск: ЧГИК, 2018. - Вып. 25. -188 с., [16] с. ил. ISBN 978-5-94839-644-6

Автор: Т. В. Зайцева

Прокомментировать

Рубрика Культура и искусство

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.