Проблемы санкционирования судом производства обыска и выемки в жилище

Статистика Верховного Суда РФ свидетельствует о том, что количество обращений в суды по вопросам санкционирования производства обыска и (или) выемки в жилище (п. 5 и п. 2 ст. 29 УПК РФ) или производства осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц (п. 4 и п. 2 ст. 29 УПК РФ) за последние годы имеет тенденцию к росту в последние годы [1].

Это связано, во - первых, с активизацией работы правоохранительной системы, стремящейся в борьбе с преступностью использовать весь арсенал предоставленных ей законом правовых средств, а, во - вторых, с такими негативными явлениями в правоохранительной практике, как стремление производством обыска в жилище или его осмотром оказать дополнительное давление на лиц, попавших в круг интересов правоохранительных органов по конкретному делу (когда обыск проводится в жилище, явно не имеющем никаких следов предполагаемого преступника).

Ограничение права на жилище в своем санкционировании отнесено к компетенции суда потому, что относится к значимым конституционньш правам личности (ст. 40 Конституции РФ [2]).

Следует отметить, что в тексте самой Конституции РФ говорится именно о неприкосновенности жилища, а это представляется более широким понятием, чем понятие «жилое помещение», которое определено отраслевым законодательством. Видимо, соотношение данных понятий можно рассматривать как отношение рода к виду. Из указанного следует вывод о том, что само по себе сужение или иное ограничительное понимание категории «жилище» в судебной практике по уголовным делам уже потенциально может нарушать права граждан.

Положение усугубляется еще и тем очевидным обстоятельством, что в различных отраслях отечественного права нет единства понимания содержания понятий «жилище» и «жилое помещение», которые иногда расцениваются как равнозначные, а иногда как различающиеся категории.

Например, существует режим так называемой «самовольной постройки», которая, в силу ст. 222 ГК РФ [3], может быть «полноценным» жилым домом, объектом, используемым для проживания, хотя и возведенным без получения соответствующих разрешений в установленном для этого законом порядке.

Судебное санкционирование о снятии неприкосновенности с такого рода объекта представляется достаточно спорным. Фактически домовладение существует и, возможно, даже используется для реального проживания людей. С другой стороны, с точки зрения признания государством права собственности на недвижимое имущество, данное строение не зарегистрировано как объект права собственности с указанием на его «жилое» предназначение; у него, с точки зрения гражданского права, отсутствует собственник, а с позиции административного права - адрес.

При этом такие ситуации достаточно часты на территориях сельской местности, где возведенные сооружения годами являются временными, а права на них могут быть не зарегистрированы и десятки лет.

Полагаем, что в данном конкретном случае все - таки целесообразнее предусмотреть дополнительные гарантии соблюдения конституционных прав граждан на неприкосновенность жилища.

Понятие жилого помещения определяется жилищным правом, которое предоставляет нам сущностные характеристики жилого помещения в ст. 15 и ст. 16 Жилищного Кодекса РФ. К числу таких характеристик жилищный закон относит: изолированность жилого помещения, его пригодность для постоянного (вне зависимости от сезона) проживания, соответствие стандартам жилья, его предназначенность для проживания граждан, которые в процессе проживания могут удовлетворять бытовые и иные нужды. Лишь при наличии этих условий помещение можно считать жилым.

Таким образом, в жилищном законодательстве нет указания, что такого рода помещение обязательно должно входить в соответствующий жилой фонд. Более того, специалисты отмечают, что даже само по себе принятие решения о признании жилого помещения непригодным для проживания (например, в случае его аварийности, износа) не влечет утрату им статуса жилища, в связи с чем, пока в нем фактически проживают люди, оно остается жилым, и при совершении следственных действий здесь также должны быть соблюдены правила о неприкосновенности жилища [4, С. 30].

Несколько иначе к вопросу относится уголовный закон: из примечания к ст. 139 УК РФ следует, что под жилищем необходимо понимать объект либо прямо определенный как «постоянное жилье», а именно индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, входящий в жилищный фонд и пригодный для постоянного или временного проживания, либо иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но предназначенное для временного проживания [5].

Если проводить сравнение с пониманием жилья в жилищном законодательстве, то мы установим два существенных момента. Во - первых, уголовный закон упоминает лишь об одном из видов объектов, предусмотренных ст. 16 ЖК РФ, - об индивидуальном жилом доме, не указывая нам на иные возможные разновидности жилого помещения - квартиру или комнату [6]. Во - вторых, по сути, уголовный закон относит к жилому любое помещение, которое хотя бы предназначено для временного проживания в нем граждан.

Еще шире рассматривает вопрос уголовно - процессуальный закон: на основании п. 10 ст. 5 УПК РФ жилище - это индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение (независимо от формы собственности), входящее в жилищный фонд и используемое для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но используемое для временного проживания [7].

В таком определении органично совмещены позиции иного отраслевого законодательства: во - первых, полностью перечислены виды жилых помещений, как их предусматривает жилищный закон, и, во - вторых, приоритет отдается самому факту проживания в помещении (в том числе и временному), а не его изначальному или последующему предназначению, вхождению в жилой фонд, регистрации самого объекта и прав на него, наличию почтового адреса и пр.

Соответственно, гарантии неприкосновенности жилища должны распространяться на самовольно возведенное строение, недостроенное строение, временное сооружение, например, «вагончик», если в нем реально проживают люди.

В этой связи на практике возникают две проблемы. Во - первых, в отличие от уголовно -процессуального закона, в законодательстве об оперативно - розыскной деятельности понятие «жилище» в его предназначении данной разновидности отраслевого законодательства отсутствует. В этой связи, мы полагаем, что сами по себе гарантии при ограничении прав на неприкосновенность жилища в оперативно - розыскной деятельности не должны быть меньшими, чем при производстве следственных действий в соответствии с УПК РФ.

На основании изложенного считаем целесообразным предложение А.А. Максурова о необходимости дополнения ст. 6 Федерального закона от 12.08.1995 № 144 - ФЗ (ред. от 06.07.2016) «Об оперативно - розыскной деятельности» [8] примечанием № 1, в котором указать, что «понятие жилого помещения в целях настоящего Федерального закона определяется по правилам п. 10 ст. 5 Уголовно - процессуального Кодекса Российской Федерации» [9, С. 94].

Список используемой литературы

  1. Данные судебной статистики : офиц. сайт Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации. URL: http: // www.cdep.ru / index.php?id=79&item=4891 (дата обращения: 15.03.2020).
  2. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12.12.1993 г. (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 г. № 6 - ФКЗ, от 30.12.2008 г. № 7 - ФКЗ, от 05.02.2014 г. № 2 - ФКЗ, от 21.07.2014 г. № 11 - ФКЗ ) // Собрание законодательства Российской Федерации. - 2014. -№ 31. - Ст.4398.
  3. Гражданский кодекс Российской Федерации часть первая от 30 ноября 1994 г. № 51 - ФЗ, часть вторая от 26 января 1996 г. № 14 - ФЗ, часть третья от 26 ноября 2001 г. № 146 -ФЗ и часть четвертая от 18 декабря 2006 г. № 230 - ФЗ (с изм.) [Электронный ресурс]. -Режим доступа: http: // www.pravo.gov.ru (дата обращения: 04.03.2020).
  4. Черепанов Г. Г. К вопросу о нормативном регламентировании понятия «жилище» и его влиянии на проведение оперативно - розыскных мероприятий // Рос. юстиция. - 2016. - № 7. - С. 30-31.
  5. Уголовный кодекс Российской Федерации. Принят Государственной Думой 24 мая 1996 года. Одобрен Советом Федерации 5 июня 1996 года. Введен в действие с 1 января 1997 года // СЗ РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. В редакции Федерального закона от 27 декабря 2019 №> 500 - ФЗ // Собрание законодательства РФ. - 2019. - № 52 (часть I). - Ст. 7818.
  6. Жилищньй кодекс Российской Федерации от 29 декабря 2004 г. № 188 - ФЗ (с изм.) [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http: // www.pravo.gov.ru (дата обращения: 04.03.2020).
  7. Уголовно - процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. № 174 - ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2001. № 52. Ст. 4921. В редакции Федерального закона от 27 декабря 2019 № 500 - ФЗ // Собрание законодательства РФ. - 2019. - № 52 (часть I). - Ст. 7818.
  8. Об оперативно - розыскной деятельности : федер. закон от 12.08.1995 № 144 - ФЗ ; ред. от 06.07.2016 // Собрание законодательства РФ. - 1995. - № 33. - Ст. 3349.
  9. Максуров А. А. Разрешение судом ходатайств следователя или прокурора как форма судебного контроля на досудебной стадии уголовного процесса // Вестник Сургутского государственного университета: научный журнал. - 2019. - №№ 4. - С. 93 - 96.

Автор: Карамаканова Е.Ю. ,Студентка 2 курса, ФГБОУ ВО «Оренбургский Государственный Университет» г. Оренбург, РФ, Elena.shmoylova.11@mail.ru

Прокомментировать

Рубрика Законодательство

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.