Договор на оказание почтовых услуг: понятие и правовая характеристика содержания

1. Понятие и виды деятельности по оказанию услуг почтовой связи

В Гражданском кодексе Российской Федерации (в дальнейшем — ГК РФ), как известно, определение «услуги» как таковой отсутствует. А в науке гражданского права долгое время понятие услуги имело дискуссионный характер. Споры, главным образом, велись вокруг того, может ли услуга иметь результат и если может, то какой.

В настоящее время распространенной является точка зрения, согласно которой под услугой понимается деятельность, не связанная с созданием овеществленного результата, ибо услуга обладает свойством неосязаемости и проявляется в ее эффекте.

И в ныне действующем ГК РФ в гл. 39, посвященной договору возмездного оказания услуг, особенность последнего, как нам представляется, усматривается в том, что услуга не имеет материального результата, неотделима от исполнителя, потребляется одновременно с ее оказанием. Такой позиции придерживается и судебная практика.

В то же время, законодатель проявляет определенную непоследовательность употребляя услуги в широком смысле слова как любое полезное действие (деятельность), направленное на удовлетворение потребностей услугополучателя.

При таком широком подходе, как правильно отмечается в литературе, «едва ли не все обязательства независимо от оснований их возникновения, субъектного состава, распределения прав и обязанностей сторон, цели и т.д. могут быть отнесены к обязательствам по оказанию услуг».

Поскольку в гл. 39 ГК РФ речь идет о нематериальных услугах, коим относятся и услуги почтовой связи, полезный эффект услуги в данном случае неотделим от самой деятельности и потребляется в процессе этой деятельности.

Иначе говоря, полезный результат действий применительно к услугам почтовой связи заключается в самой деятельности по приему, обработке, перевозке, доставке (вручению) почтовых отправлений, а также по осуществлению почтовых переводов денежных средств.

Организация почтовой связи, как первоначальный исполнитель, оказав соответствующую услугу по договору, например продав почтовые пакеты оптом москва, при этом лишен возможности проследить ход исполнения обязательства со стороны третьих лиц — обособленных подразделений организаций почтовой связи (почтамты, железнодорожные почтамты, отделения перевозки почты железнодорожных станций и аэропортов, узлы почтовой связи). Это и не должно ее интересовать, ибо собственное обязательство по оказанию услуг заказчику выполнено и последним полностью оплачено независимо от достижения, или не достижения конечной цели оказанной услуги.

Таким образом, результат нематериальной услуги лежит вне пределов обязательства услугодателя и на исполнение обязательства не влияет. Объясняется это тем, что услуга почтовой организации потреблена заказчиком в момент ее оказания и желаемый результат услуги, по этой причине, от воли договорных сторон уже не зависит.

В контексте отмеченного Е.А. Пучков правильно полагает, что услуга и ее результат—взаимозависимые категории, и их искусственное разделение создает путаницу в понятиях и соответственно правовом регулировании.

Вызывает возражение лишь следующее утверждение о том, что результаты услуг почтовой связи имеют материализованное выражение в виде писем, бандеролей и посылок.

Однако в последующем автор приходит к прямо противоположному, но верному выводу, согласно которому, полезный эффект нематериальной услуги не существует отдельно от процесса ее оказания в виде какой-либо вещи и данный факт обусловлен еще одним свойством нематериальной услуги, которое выражается в синхронности ее оказания и получения. Именно эти свойства, как нам представляется, и характеризуют услуги, в том числе и почтовой связи, охваченные главой 39 ГК РФ.

Услуги связи в зависимости от объекта, в отношении которого услугодатель совершает соответствующую деятельность, подразделяются на две группы. В первую группу входят услуги электрической связи, а во вторую — услуги почтовой связи.

Будучи важнейшим видом связи, почтовая связь представляет собой единый производственно-технологический комплекс технических и транспортных средств, обеспечивающих прием, обработку, перевозку, доставку (вручение) почтовых отправлений, а также осуществление почтовых переводов денежных средств.

Почтовая связь в Российской Федерации осуществляется государственными унитарными предприятиями и учреждениями, а также иными операторами почтовой связи. В качестве последних выступают не только организации — юридические лица любых организационно-правовых форм, но и индивидуальные предприниматели, имеющие право на оказание услуг почтовой связи.

Действующее законодательство отличает виды почтовой связи от видов услуг, оказываемых организациями почтовой связи.

Так, согласно закону от 17 июля 1999 г. «О почтовой связи»7, в России существуют следующие виды почтовой связи:

  • почтовая связь общего пользования, осуществляемая государственными и иными организациями почтовой связи;
  • специальная связь федерального органа исполнительной власти в области связи;
  • федеральная фельдъегерская связь;
  • фельдъегерско-почтовая связь федерального органа исполнительной власти в области обороны.

Что касается услуг почтовой связи, то они подразделяются на:

  • универсальные услуги почтовой связи. Иные услуги, в том числе:
  • услуги по осуществлению почтовых переводов денежных средств;
  • услуги по пересылке международных почтовых отправлений;
  • услуги ЕМБ8.

Согласно п. 1 ст. 29 Федерального закона от 7 июля 2003 г. «О связи»9, деятельность юридических лиц и индивидуальных предпринимателей по возмездному оказанию услуг почтовой связи осуществляется только на основании лицензии федерального органа исполнительной власти в области связи.

Перечень наименований услуг связи, вносимых в лицензии, и соответствующие перечни лицензионных условий устанавливаются Правительством Российской Федерации и ежегодно им уточняются.

В настоящее время такой Перечень применительно к услугам связи Правительством РФ утвержден10 и в него, наряду с другими, включены и лицензионные условия по оказанию услуг почтовой связи.

В научной литературе передача компетенции по созданию перечня лицензируемых видов деятельности на подзаконный уровень вызывает справедливое возражение в силу ее неправомерности.

Отказ от такой практики аргументируется тем, что в соответствии с п. 1 ст. 49 ГК РФ перечень отдельных видов деятельности, которыми юридическое лицо может заниматься только на основании специального разрешения (лицензии), определяется законом. На это обращается внимание и в постановлении Пленума Верховного суда и Высшего арбитражного суда от 1 июля 1996 года12.

Федеральный закон от 8 августа 2001 г. «О лицензировании отдельных видов деятельности»13, как известно, не распространяется на деятельность в области связи. Поэтому, именно Закон о связи должен быть тем нормативным актом, в котором должны содержаться лицензируемые виды деятельности в области связи. Ныне действующий подзаконный уровень решения данного вопроса представляется необоснованным и несоответствующим ГК РФ.

Само законодательство о почтовой связи носит комплексный характер. В его составе необходимо выделить нормы о государственном управлении соответствующей отраслью, с одной стороны, а с другой — гражданско-правовые нормы о договорах на оказание услуг почтовой связи.

Иначе говоря, здесь речь идет о совместном применении публично-правовых и частноправовых норм, регулирующих деятельность в области почтовой связи и управления ею, а также отношения, возникающие между операторами и пользователями услуг почтовой связи. При этом нормы различной отраслевой принадлежности в указанных актах не теряют своей индивидуальной сущности, объединены единством задач, которые они призваны решать.

В контексте сказанного несомненный научный интерес представляет взгляд В.П. Мозолина о том, что понятие комплексности можно применить не только к законодательству и институтам, но и к правовым нормам как таковым.

Обращение внимания на наличие в гражданском праве комплексных норм следует считать справедливым и своевременным. Разумеется, не является бесспорным квалификация их в качестве внеотраслевых (неотраслевых) правовых норм. Но сама идея и аргументация, приведенная в ее обоснование, в особенности в период совершенствования гражданского законодательства, заслуживает самого пристального внимания.

Что касается предложений В.П. Мозолина об использовании единых внеотраслевых норм в составе комплексного законодательства, а также в правоотношениях, структурно функционирующих по модели гражданского правоотношения, тут, как нам кажется, есть некоторая неувязка в суждениях автора.

Во-первых, при включении внеотраслевых норм в состав комплексного законодательства, регулирующего имущественные отношения, вопрос о тяготении их к соответствующим отраслям законодательства не снимается, ибо неотраслевые нормы не находятся в состоянии невесомости и функционируют не изолированно, а в единстве с нормами иной отраслевой принадлежности для решения общих задач.

Во-вторых, использование неотраслевых норм в правоотношениях, функционирующих по модели гражданского правоотношения, на наш взгляд, предопределяет вопрос об отраслевой их принадлежности, в результате чего, они перестают быть неотраслевыми.

В-третьих, необходимо учесть, что при выборе средств и способов правового воздействия на субъектов гражданских правоотношений, федеральный законодатель основывается на сложившуюся отраслевую систему правового регулирования и на общие принципы соответствующих отраслей права — публичного или частного. И это соответствует конституционному принципу правового государства.

Такая позиция нашла отражение и в правовых подходах, выработанных Конституционным Судом РФ в его постановлениях о проверке кон-ституционности положений отдельных нормативных актов.

Порядок приема, доставки (вручение) почтовых отправлений и почтовых переводов, права и обязанности, а также ответственность сторон за нарушение договора, в отличие от Закона о почтовой связи, более детально регулируются Правилами оказания услуг почтовой связи (далее — Правила)16.

По рассматриваемому договору оператор почтовой связи обязуется по заданию отправителя переслать вверенное ему почтовое отправление или осуществить почтовый перевод денежных средств по указанному отправителем адресу и доставить (вручить) их адресату, а пользователь услуг почтовой связи, в свою очередь, обязан оплатить оказанные ему услуги (ст. 16 Закона о почтовой связи).

Приведенное выше определение позволяет квалифицировать данный договор в качестве консенсуального, взаимного и возмездного договора.

Поскольку заключение его является обязательным для организаций почтовой связи, к рассматриваемому договору применяются правила ст. 426 ГК РФ о публичных договорах. При этом требование о понуждении заключить публичный договор может быть предъявлено лишь потребителем услуг связи. А на пользователей услуг почтовой связи, являющихся потребителями, распространяется действие Закона о защите прав потребителей.

Следует, однако, отметить, что относительно публичности рассматриваемого договора в Правилах нет необходимой четкости.

Так, согласно п. 3 Правил, публичным признается договор на оказание почтовых услуг, заключаемый лишь с физическими лицами. Из такой формулировки Правил можно сделать вывод о том, что если пользователем услуги является юридическое лицо, то указанный договор утрачивает характер публичности.

А ведь, в действительности, это не так. При оказании универсальных услуг почтовой связи18, оператор обязан заключить договор с любым пользователем услуги, безотносительно к тому, является ли он физическим или юридическим лицом. При этом оператор связи, оказывающий универсальные услуги почтовой связи, не вправе отказать пользователю услугами в приеме внутренней письменной корреспонденции, если она соответствует требованиям, установленным п. 14 тех же Правил.

Соответствующие требования предъявляются и в отношении между-народных почтовых отправлений (п. 15 Правил).

Сторонами договора являются операторы почтовой связи (юридические лица любых организационно-правовых форм и граждане-предприниматели) и пользователи услуг связи и это предусмотрено не в главе 39 ГК РФ, а в упомянутых выше специальных актах, которые ограничивают субъектный состав договора лишь указанными в них лицами, имеющими лицензию на соответствующий вид деятельности.

Почтовые услуги подлежат оплате независимо от получения пользователем услуг положительного результата (эффекта) от таких услуг. Объясняется это нематериальным характером таких услуг, не имеющих овеществленного результата.

Определение тарифов (платы) при этом зависит от вида услуг. Так, для универсальных услуг почтовой связи (обмен письменной корреспонденцией) предусмотрено государственное регулирование тарифов. Последние утверждаются федеральным органом исполнительной власти применительно к деятельности субъектов естественных монополий в порядке, установленном Правительством РФ. А на иные (не универсальные) услуги почтовой связи тарифы определяются операторами связи самостоятельно.

Сходный порядок предусмотрен и относительно сроков пересылки письменной корреспонденции. Нормативы доставки и контрольные сроки для них утверждаются Правительством РФ. Сроки оказания иных услуг почтовой связи устанавливаются операторами связи самостоятельно.

Организации федеральной почтовой связи, наряду с универсальными, вправе осуществлять иные услуги почтовой связи. Однако тарифы на эти услуги, в отличие от универсальных, не регулируются государством, а определяются самими операторами связи.

Кроме того, организации федеральной почтовой связи могут выполнять, по агентскому договору, отдельные технологические операции для юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, при условии наличия у последних специального разрешения на осуществление лицензируемого вида деятельности (абз. 4 ст. 18 Закона о почтовой связи). Нетрудно заметить, что данная норма регулирует отношения, относящиеся к различным отраслям права.

В отличие от агентского договора, составляющего предмет законодательства гражданского, процедура получения лицензии регулируется нормами административного права.

Однако подобные нормы, как правильно отметил В.П. Мозолин, являются едиными нормами и было бы не верно делить их на две части по указанным отраслям законодательства. По мнению автора, «данные нормы являются продуктами своего рода юридической нанотехнологии, созданными из сплава гражданского и административного права».

В Законе о почтовой связи и в Правилах подробно описаны случаи, когда оператор почтовой связи лишен возможности выполнить свои обязанности по договору.

В случае невозможности вручения почтового отправления адресатам они хранятся в почтовой организации в течение месяца. Этот срок может быть продлен по заявлению отправителя или адресата. По истечении срока хранения невостребованные письменные сообщения подлежат изъятию и уничтожению, а другие невостребованные вложения переходят в собственность оператора почтовой связи, в порядке, установленном ст. 226 ГК РФ.

Для невостребованных почтовых вложений, стоимость которых превышает пятикратный минимальный размер оплаты труда, п. 41 Правил, в отличие от ст. 226 ГК РФ, предусматривает иной порядок передачи. Такие почтовые отправления должны быть переданы по акту на баланс оператора почтовой связи. При этом требуется решение суда по иску оператора почтовой связи.

Применение искового производства, в данном случае, вряд ли целесообразно по следующим причинам.

Во-первых, неясно каким образом оно может быть осуществлено с учетом требований, предъявляемых к исковому заявлению статьями 131 и 132 ГПК РФ. Ведь при невостребованности почтовых отправлений нет спора о праве, нет нарушения прав истца, нет ответчика, не требуется представить доказательства досудебного урегулирования спора, исключается и мировое соглашение.

Во-вторых, п. 41 Правил об исковом производстве противоречит ст. 226 ГК РФ, которая определяет порядок перехода права собственности на движимые вещи, от которых собственник отказался. Именно на эту статью ГК РФ и отсылает Закон о почтовой связи (ст. 21), да и сами Правила с целью определения юридической судьбы невостребованных почтовых отправлений. Последние в соответствии со ст. 226 ГК РФ поступают в собственность операторов связи, если по их заявлению невостребованные почтовые отправления признаны судом бесхозяйными.

Следовательно, ст. 226 ГК РФ не предусматривает, в данном случае, искового производства. В ней речь идет о подаче в суд заявления о признании движимой вещи бесхозяйной лицом, вступившим во владение этой вещью. Такие дела рассматриваются в суде не в исковом, а в порядке особого производства.

Определенный интерес представляет вопрос о доставке и вручении почтой судебных извещений.

Как уже отмечалось, регистрируемые почтовые отправления при невозможности их вручения адресатам по истечении месячного срока хранения возвращаются отправителям за их счет по обратному адресу (п. 35 Правил).

Это вызвало недовольство Высшего Арбитражного Суда РФ, поскольку ранее действовавшие Правила (п. 125) предусматривали для заказных писем с отметкой «Определение о времени и месте рассмотрения дела арбитражным судом» и «Определение (решение, постановление) арбитражного суда. С заказным уведомлением» семидневный срок возвращения этих писем.

По мнению ВАС РФ, выраженное в его письме от 26 мая 2005 г., новшество может серьезно повлиять на ход арбитражного процесса и препятствовать его нормальному движению, необоснованному затягиванию процесса.

В обращении к Министерству информационных технологий и связи ВАС РФ ставил вопрос о восстановлении в договорах с пользователями услуг почтовой связи прежнего срока для судебной корреспонденции.

В результате появился Приказ федерального унитарного предприятия «Почта России» от 31 августа 2005 г., согласно которому для судебной корреспонденции установлен сокращенный семидневный срок возвращения по обратному адресу со дня их поступления на объект почтовой связи.

Между тем упомянутый Приказ от 31.08.2005 г. противоречит п. 35 Правил, утвержденных Правительством РФ и на практике будет иметь отрицательные правовые последствия.

Дело в том, что согласно действующим процессуальным кодексам (ч. 1 ст. 122 АПК РФ, ч. 2 ст. 117 ГПК РФ) при отказе стороны от судебного извещения, направленного по почте, адресат считается извещенным о времени и месте судебного разбирательства.

Поэтому сокращенный срок, предусмотренный в порядке исключения для судебных извещений, не только противоречит постановлению Правительства РФ, но и нарушает права лиц, участвующих в судебно-арбитражном процессе. Видимо не случайно, данный вопрос стал предметом судебного разбирательства.

Как показывает анализ законодательства, в Правилах оказания услуг почтовой связи порядок доставки судебных извещений специально не определен. Он не урегулирован и в законах о связи и почтовой связи. Отсутствует какое-либо регламентирование порядка доставки и вручения почтой судебных извещений и в процессуальных кодексах. Между тем данный вопрос затрагивает конституционное право граждан на судебную защиту и потому требует скорейшего решения законодателем.

С соблюдением конституционных прав граждан связана еще одна проблема, возникшая в связи с изданием Приказа Минкомсвязи РФ от 19 мая 2009 г. «Об утверждении требований к сетям и средствам почтовой связи для проведения оперативно-розыскных мероприятий»23. Проблема эта заключается в соблюдении законности правоохранительными органами касательно тайны связи.

Так, согласно п. 7 этого документа, оперативное подразделение уполно-моченного органа может принять решение об изъятии почтовых отправлений либо о приостановлении оказания услуг почтовой связи. При этом акт не содержит указания о том, что для выполнения операторами связи данного решения необходимо предъявить им судебного решения и мотивированного постановления руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

Указанное обстоятельство и послужило причиной обращения с заявлением Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации от 31 июля 2009 года. Минюсту РФ предложено провести дополнительную правовую экспертизу Приказа Минкомсвязи РФ.

Важно также отметить, что рассматриваемый Приказ принят во исполнение другого документа, а именно, постановления Правительства РФ от 27 августа 2005 года.

В нем предусмотрена обязанность операторов связи обеспечить уполномоченные органы возможностью круглосуточного удаленного доступа к базам данных об абонентах и оказанных им услугах связи.

Возникает вопрос о конституционности данного постановления, ибо при удаленном доступе к базам данных создаются еще более облегченные условия для игнорирования судебного решения и, тем самым, нарушения конституционных прав граждан на тайну связи. Операторы связи обязаны обеспечить надлежащее качество услуг, которые должны соответствовать нормативным требованиям и условиям договора на оказание почтовых услуг.

При неисполнении или ненадлежащем исполнении договорного обязательства пользователь услуг вправе предъявить оператору почтовой связи претензию, в том числе с требованием о возмещении вреда.

Претензии, связанные с недоставкой, несвоевременной доставкой, повреждением или утратой внутреннего почтового отправления, невыплатой или несвоевременной выплатой денежных переводов, предъявляются оператору связи как по месту отправления, так и по месту назначения почтового отправления или денежного перевода в течение шести месяцев.

Перечень документов, прилагаемых к претензии, содержится в п. 53 Правил. Сроки для ответа на претензию дифференцированы.

Так, в пределах одного населенного пункта — в течение пяти дней, а во всех остальных случаях срок ограничен двумя месяцами. При неудовлетворении претензии пользователь услугами вправе обратиться в суд с исковым заявлением.

Однако до обращения в суд, по смыслу ст. 37 Закона о почтовой связи, соблюдение досудебного урегулирования споров обязательно. На это неоднократно указывали как Президиум ВАС РФ, так и федеральные суды округов (постановления Президиума ВАС РФ от 12.04.2005 года №11930/04; ФАС ЗСО от 01.02.2007 №Ф04-9573/2006/30797-А45-10; ФАС СКО от 24.01.2007 №Ф08-7107/06-2956А).

В связи с преддоговорным урегулированием спора, следует остановиться и на институте преддоговорной ответственности.

Мнение о том, что преддоговорная ответственность на стадии заключения договора неизвестна российскому праву — небесспорно. Этому вопросу посвящены не только статья 507, но и другие статьи ГК РФ.

Так, при необоснованном уклонении от заключения публичного договора сторона, наряду с понуждением к заключению договора, вправе потребовать и возмещения причиненных при этом убытков (п. 3 ст. 426, п. 4 ст. 445 ГК РФ. Аналогичные положения по поводу преддоговорной ответственности содержатся и в п. 3 и 5 ст. 448 ГК РФ.

Автор, несомненно, прав в другом, вопросы преддоговорной ответственности не имеют цельного и упорядоченного закрепления в гражданском законодательстве.

По этому поводу в научной литературе справедливо обращается внимание и на то, что в нашем законодательстве отсутствуют специальные указания, относящиеся к переговорам. Речь идет о случаях, когда сторона недобросовестно ведет переговоры без намерения заключить договор. В Законе о почтовой связи (глава V) и в разделе VII Правил подробно рассмотрены порядок и размеры имущественной ответственности операторов связи перед услугополучателями. В этих актах предусмотрена ограниченная ответственность услугодателя за неисполнение или ненадлежащее исполнение договорных обязательств. При этом реальный ущерб взыскивается в строго определенной его части.

Так, в случае утраты или порчи (повреждения) почтового отправления с объявленной ценностью, убытки возмещаются только в размере объявленной ценности и суммы платы за пересылку, за исключением платы за объявленную ценность. А в случае невыплаты (неосуществления) почтового перевода мера имущественной ответственности ограничена размерами суммы перевода и платы за пересылку.

За определенные виды нарушений ответственность оператора связи установлена в форме неустойки. Например, за нарушение контрольных сроков пересылки почтовых отправлений и осуществления денежных переводов для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с предпринимательской деятельностью граждан, услугодатель выплачивает неустойку в размере трех процентов платы за услугу по пересылке за каждый день задержки, но не более оплаченной суммы за такую услугу.

Закон о почтовой связи (ст. 34) допускает возможность освобождения оператора связи от ответственности в случае, если он докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло вследствие непреодолимой силы и свойств вложения почтового отправления. Следовательно, в данном случае ответственность наступает независимо от вины.

Автор: Гандилов Т.М., доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой «Гражданско-правовые дисциплины» ФГОУВПО «РГУТиС», заслуженный юрист Российской Федерации, г. Москва gpd-fpsk@mail.ru

Прокомментировать

Рубрика Законодательство

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.