Монастыри русского севера и их роль в развитии национальной культуры

Русский Север – уникальная историческая и духовная территория нашего Отечества. Его культурное пространство не остается неизменным. Оно развивается и закрепляется в материальных объектах и в исторической памяти людей. Этому значительно способствуют духовные центры, важнейшими из которых на Севере всегда были монастыри, испокон веков бывшие хранителями культуры, книжности, духовности.

Обители монахов всегда были не только местами молитвенного служения Богу, но и центрами культуры, просвещения.В монастырях шла большая просветительская работа, переписывались книги, развивались школы иконописи, фресковой живописи.Ещё до появления книгопечатания именно в монастырских кельях переписывались книги богослужебного назначения, сочинялась литература религиозно-церковного содержания, в частности «жития святых».Монастырские писцы и ремесленники превращали книгу в подлинные произведения искусств.

Например, знаменитая библиотека Свято-Троицкого Антониево-Сийского монастыря формировалась на протяжении нескольких столетий. Начало ей положил сам основатель монастыря, преподобный Антоний.
На всю Россию известны имена сийских книжников: игумена Феодосия, стяжавшего себе славу замечательного переписчика книг (XVII в.); иконописца и создателя выдающегося памятника древнерусской культуры «Сийского иконописного подлинника» – первого архимандрита монастыря Никодима (конец XVII – начало XVIII в.). Среди именитых вкладчиков в монастырскую библиотеку – царь Иван Грозный и сын его, Иоанн; первый российский патриарх Филарет; казначей патриаршего двора, а ранее – постриженик Сийского монастыря, старец Паисий, который до конца своих дней проявлял заботу о воспитавшей его обители. Благодаря их усилиям до нас дошли выдающиеся памятники русской культуры, входившие в состав монастырской библиотеки: знаменитое пергаменное Сийское Евангелие XIV века; Евангелие-апракос XVII века на 945 листах, с 2 138 цветными миниатюрами и изображениями на целых страницах и весом до 30 кг – дар старца Паисия; «Житие Антония Сийского» XVII века с 150 цветными миниатюрами; Сийский иконописный подлинник и др. документы. Кроме того, в монастыре был собран огромный архив, насчитывающий свыше 20 тыс. единиц хранения: сотные, вкладные, переписные, приходо-расходные книги и т. д.

Одновременно монастыри выполняли социальный заказ княжеской власти: создавали и заново редактировали летописи, документы законодательного характера. Наряду с переписыванием книг, в монастырях писались иконы. Русский Север не дал единого стилистического направления в иконописи. Однако работы иконописцев, трудившихся в крупных северных городах и монастырях, отличала творческая самобытность. Благодаря вновь открытым памятникам, уже сегодня можно выделить крестьянское иконописание Каргополья ХVII – ХVIII веков; творчество Холмогорской иконописной артели во второй половине ХVII – первой половине XVIII века; наследие поморских вотчин Соловецкого монастыря и онежских вотчин Кийского Крестного монастыря. "Северные письма" – это важное звено в общерусской живописной традиции, для которых характерен целый ряд общих черт. Это, прежде всего, простонародность образов, примитивный реализм, бесхитростность замысла и его претворения. Здесь тщетно было бы искать особой тонкости чувств, но здесь всегда подкупает глубокая искренность, наивное и чистое простосердечие, в надписях нередко дает о себе знать местный говор, в орнаменте – прямая связь с предметами прикладного искусства, обслуживавшими быт, в лицах святых – воздействие местного крестьянского типажа. Плоские фигуры чаще всего изображаются в застылых позах, драпировки трактуются с помощью прямых, резких линий, горки второго плана обретают упрощенные и укрупненные формы. Колорит утрачивает яркость и звонкость новгородской палитры. В нем доминируют приглушенные, несколько мутные тона, прекрасно гармонирующие с интерьерами деревянных церквей и с мягкими красками северного пейзажа. В отношении техники исполнения иконы «северных писем» намного уступают новгородским. В них нет корпусного, тщательно сплавленного письма, нет тонких «движек», уступивших место размашистым бликам, грубо растертые краски накладываются жидким прозрачным слоем, так что порою видны зерна красителя, грунт неровный, паволока необязательна, доска грубо обработана. В этой бесхитростной живописи все, как выражается один писатель XVI века, «препросто», но все полно особого очарования, свойственного живому народному творчеству [1, с. 106].Еще одна гордость Русского Севера и всей России – каменная и деревянная архитектура. 

Деревянное зодчество Карелии – это целая эпоха в истории русской культуры. Мировую известность получил небольшой островок, затерянный в шхерах Онежского озера – Кижи. Вот уже два с половиной века здесь возвышается чудо деревянного зодчества – двадцатидвухглавый Преображенский собор, возведённый в 1714 г. в самый разгар Северной войны, когда Россия прочно утверждалась на берегах Балтики. По одной из легенд, здания сделаны мастером Нестором одним топором (без других инструментов), который потом он выбросил в Онежское озеро и сказал: «Не было, нет, и не будет церквей красивее этих!».

Рядом с Преображенским собором расположена девятиглавая Покровская церковь. Такого характера церкви нередко встречались на Севере, но она выделяется среди других стройными удлиненными пропорциями, изяществом девяти своих глав, стоящих на небольших восьмигранниках, что и придает церкви такую легкость. Внутреннее убранство Покровской церкви утрачено. После реставрации выполнен новый иконостас, характерный для северных церквей и собранный из заонежских икон XVII – XVIII вв. Произведения деревянной архитектуры поражают гармонией форм, совершенством исполнения, глубоким знанием свойств и возможностей строительного материала. Купола деревянных церквей кажутся серебряными потому, что покрыты пластинками из осины. Дерево другой породы для этой цели менее удобно и не так красиво.Кроме Преображенской и Покровской церквей на острове имеются еще памятники деревянного зодчества, перевезенные из разных районов Карелии. Это, прежде всего, культовые сооружения. Древнейшее из них – маленькая церковь святого Лазаря из Муромского монастыря (1391 г.): «Соборы, как серебряная брошка, пишет А. Пьяных, приколотая к бархатной заре. Онежская закатная вода, Погост с позеленевшими крестами».В Карелии существует ещё одно место, словно особо предназначенное для прославления Творца, напоминающее о первозданной гармонии бытия – Валаамский Спасо-Преображенский монастырь, именуемый «Северным Афоном».Монастырь появился много веков тому назад. Согласно валаамскому преданию, первый из учеников Христовых – Св. Апостол Андрей Первозванный, просвещая скифские и славянские земли, из Новгорода отправился на Валаам, где разрушил языческие капища и воздвиг каменный крест. Святой апостол предсказал великое будущее Валааму, наступившее с основанием и расцветом монашеской обители. Валаам немыслим без монастыря, который был основан в X веке Преподобными Сергием и Германом Валаамскими. На рубеже XV – XVI вв. монастырь именовался «великою Лаврою». Монастырь неоднократно посещали императорские особы: в 1819 г. Монастырь неожиданно посетил «как простой паломник» Император Александр I; в 1858 г. – Император Александр II с членами семьи. В память об этом у входа на ведущую к пристани 62-ступенную лестницу была построена «Царская» часовня во имя иконы Божией Матери «Знамение».

Резные золочёные иконостасы, вызолоченные кресты и подсвечники,
а также большинство из 13 колоколов были изготовлены силами валаамской братии. Высококачественный гранит добывался на монастырских островах Пуутсари и Сюскасальми. Двухэтажный собор высотой 43 метра с
72-метровой колокольней с западной стороны несёт черты византийского стиля. Традиционное пятиглавие, шлемовидные купола, шатровое завершение колокольни, кирпичный узор на стенах, напоминающий народную вышивку и сочетающийся с деталями белового цвета, свидетельствуют о влиянии зодчества Древней Руси. Роспись стен была осуществлена О. Лукой, руководившим монастырской школой рисунка и живописи, вместе с монахами и послушниками.

Помимо главной центральной усадьбы Валаамского монастыря, на острове уединились отдельные скиты: во имя Воскресения Христова; во имя святителя Николая Чудотворца; во имя Всех Святых; во имя Смоленской иконы Божией Матери; во имя Коневской иконы Божией Матери; Гефсимановский; во имя Иоанна Предтечи; во имя преподобного Александрово-Свирского.

В монастыре очень строгий общежительный устав; при богослужении употребляется древнерусский столповой напев. При монастыре имеются школа, больница, амбулатория, гостиница для паломников и разного рода мастерские. Монастырь имеет свои пароходы, на которых командиры и матросы – монахи.

Созидание культуры всегда тесно связано с ее сбережением, сохранением. Эту двуединую задачу в XV – XVI вв. как раз и решали монастыри, которые испокон веку были не только духовными центрами, но и своего рода музеями, где хранились уникальные произведения национального искусства, а также библиотеками с поразительными по ценности собраниями рукописей, редких книг.На монастыри смотрели как на надежные хранилища национальных сокровищ. Сюда привозили произведения искусства ради их сбережения. Не случайно на многих из них было написано: «А не отдати никому». Самыми распространенными вкладами были фамильные иконы, украшенные драгоценными окладами.

Источник: Пятые Лазаревские чтения: «Лики традиционной культуры»: константы самосознания: материалы междунар. науч. конф. Челябинск, 25–26 февр. 2011 г. / Челяб. гос. акад. культуры и искусств; под ред. проф. Е. И. Головановой. – Челябинск, 2011. – кол-во с.

Автор: Журавлева И. А. г. Уфа

Прокомментировать

Рубрика Лазаревские чтения

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *